Первый зампред комитета Госдумы по энергетике Игорь Ананских заявил, что активная фаза топливного кризиса в России закончится «гораздо раньше 1 сентября». По его словам, это «вопрос буквально нескольких недель». При этом еще 30 июня Ананских говорил, что ситуация должна улучшиться «в течение нескольких дней», не называя точной даты.

Ананских считает, что правительство «сделало достаточно много для стабилизации рынка» и отметил, что ряду НПЗ разрешили вернуться к производству топлива стандарта «Евро-3», от которого ранее отказались. Среди причин кризиса он назвал плановые ремонты НПЗ и попадания украинских беспилотников по некоторым заводам.

Из-за ударов дронов предприятия сокращают или полностью останавливают производство. Россия вынуждена увеличивать импорт топлива. В июне импорт белорусского бензина достиг исторического максимума: с 1 по 25 июня ввезли 141 тысячу тонн — это в 2,4 раза больше, чем за весь май. Для сравнения: в июне прошлого года поставки составляли около 1 тысячи тонн. Кроме того, Россия начала морские поставки бензина из Индии — не менее 60 тысяч тонн двумя танкерами.

Однако покрыть дефицит импортом полностью не удается. Потребление бензина в России летом составляет не менее 110 тысяч тонн в сутки, а Беларусь может экспортировать 150–170 тысяч тонн в месяц. Цены на белорусский бензин на Петербургской бирже с мая выросли в 1,8 раза.

На федеральном уровне власти также пытаются стабилизировать рынок через смягчение требований к топливу: правительство разрешило до конца года выпускать бензин и дизель стандарта «Евро-3» с более высоким содержанием серы. Путин подписал закон, который должен стимулировать поставки на внутренний рынок и поддержать НПЗ.

Пока же ограничения на продажу топлива введены по всей стране. The Insider подсчитал, что к концу июня они действовали минимум в 88 из 89 подконтрольных России регионов. В некоторых субъектах ввели режим повышенной готовности, в других — лимитировали объем топлива для одного водителя. Власти регионов объясняют перебои по-разному: ажиотажным спросом, проблемами с логистикой, сезонным ростом потребления и ремонтами НПЗ. При этом губернаторы Иркутской и Кемеровской областей публично связывали ограничения с ударами украинских дронов.

В Нижегородской области губернатор Глеб Никитин признал «острый дефицит» топлива: за три дня поставки бензина АИ-92 и АИ-95 на АЗС снизились на 25%, а спрос вырос на 60–70%. Власти готовят интерактивную карту наличия топлива на заправках. В Забайкалье бензин начал заканчиваться на ряде АЗС в Чите, некоторые заправки остановили продажи. Жителям региона в чатах предлагают заправлять автомобили в китайской Маньчжурии — цены доходят до 97 рублей за литр АИ-95. Лимит продажи топлива физическим лицам в крае ужесточили до 15 литров на машину.

По данным Росстата, за неделю с 15 по 21 июня цены на бензин выросли на 3%, на дизельное топливо — на 2,7%. Экономист Сергей Алексашенко в программе «Пушки или масло» назвал такие темпы «дофига»: если цены будут расти на 3% в неделю, за год они увеличатся более чем в 4,5 раза.

Алексашенко и Мереминская также отметили, что помимо атак на НПЗ кризис усугубляют действия властей и нефтяных компаний. Например, завод «Татнефти» поставили на профилактический ремонт раньше графика, что ударило по производству высокооктанового бензина. Потребление топлива частниками выросло на 20–30% на фоне ажиотажа, созданного в том числе заявлениями чиновников.

Между тем Financial Times сообщает, что Украина резко усилила атаки на российскую энергетическую инфраструктуру, пытаясь подтолкнуть Москву к переговорам. Только в мае, по подсчетам аналитиков, Киев нанес 16 успешных ударов по НПЗ — это месячный рекорд за все время войны. С начала года российские НПЗ атаковали не менее 194 раз, что в 11 раз больше, чем за тот же период годом ранее. Однако Кремль, как пишет FT, не показывает готовности к реальным переговорам и по-прежнему ждет от США масштабных уступок со стороны Украины.