Расследование «Проекта» основано на документах и свидетельствах бывшей топ-менеджера крупной международной фармкомпании. По её словам, в коррупционных схемах участвуют американские и европейские производители лекарств, российские дистрибьюторы, контролирующие органы и врачи.

Только в 2025 году Россия закупила у восьми западных фармкомпаний препаратов на 386 млрд рублей, пишет «Проект». Крупнейшие поставщики — Roche (87,9 млрд), Astra Zeneca (77,2 млрд), Novartis (61,4 млрд), Sanofi (46,4 млрд), Johnson & Johnson (41,5 млрд), Bristol Myers Squibb (25,2 млрд), Astellas (24,3 млрд) и Pfizer (22,5 млрд).

Схема выглядит так: производители платят российским дистрибьюторам «коммерческие бонусы» — в среднем 30% стоимости упаковки, а на крупных закупках до 60%. Эти деньги идут на «сопровождение закупок»: взятки тем, кто решает, какие препараты закупать, и плату за покровительство в органах власти. Государство при этом покупает лекарства по полной цене.

Дистрибьюторы перечисляют часть средств более мелким фирмам-посредникам, которые участвуют в тендерах и договариваются с главврачами и чиновниками. Для обналичивания денег используются компании-пустышки: они получают оплату по фиктивным договорам за логистику, маркетинг или ремонт складов. Обналичивание на российском рынке стоит около 6%.

По данным источника «Проекта», отделы внутреннего аудита западных компаний в схемы не вмешиваются. «Им это выгодно: можно обеспечить себе большие продажи на крупном рынке и при этом не замазываться во всех этих коррупционных схемах, не иметь дел с ФАС», — передаёт издание слова собеседницы.

В 2019 году в рамках нацпроекта «Здравоохранение» запустили программу «Борьба с онкологическими заболеваниями». За первые шесть лет на неё выделили почти триллион рублей — две трети всех средств нацпроекта. По данным аналитического агентства Cursor, главные поставщики онкопрепаратов в госбольницы в 2025 году — «Фармстандарт» (28,1 млрд рублей), «Р-фарм» (24,7 млрд), «Биокад» (21,5 млрд, контролируется «Фармстандартом»), «Ирвин» (17,1 млрд, в совладельцах семья бывшего охранника Путина Алексея Дюмина) и «Нанолек» (15,1 млрд, контролируется «Фармстандартом»).

В большинстве стран производители лекарств не платят бонусов поставщикам, отмечают собеседники «Проекта». Исключения — Болгария (2–3%), Саудовская Аравия (7–8%), Южная Корея (6–9%), Турция (до 10%) и Бразилия (до 15%).

По данным «Проекта», в 2024–2025 годах в Комиссию по ценным бумагам и Минюст США на основании инсайдерской информации подали несколько заявлений с просьбой расследовать коррупцию и сговор на тендерах по продаже препаратов в России. Разбирательство начали, но в феврале прошлого года Дональд Трамп приостановил новые расследования по FCPA — закону о борьбе с подкупом иностранных должностных лиц — и потребовал пересмотреть практику его применения.

Коррупционные схемы при закупках лекарств не раз становились предметом уголовных дел в России, напоминает издание. В 2019 году менеджера «Р-Фарма» осудили за взятку главврачу больницы в Хакасии, а в 2021-м за подкуп руководителя Пензенского онкодиспансера осудили директора филиала «Фармимэкса».