7 октября 2026 года Гагаринский районный суд Москвы приговорил Софью Борисовну Розенфельд, специалиста по арктическим птицам и доктора биологических наук, к трём годам и шести месяцам колонии общего режима. Основанием стали два пожертвования Фонду борьбы с коррупцией по 1 000 рублей, списанные с её счёта в августе и сентябре 2021 года. Государственное обвинение требовало пять лет. После оглашения приговора учёную взяли под стражу в зале суда.
Розенфельд не отрицала перечисления денег. Она объяснила, что оформила регулярную подписку на пожертвования ещё до запрета ФБК, а когда фонд признали экстремистским, находилась в длительной экспедиции без связи. Вернувшись, она попросила прекратить платежи. Защита представила суду письмо с соответствующей просьбой, но этот документ не привёл к оправданию.
Российский суд квалифицировал произошедшее как финансирование экстремистской деятельности по части 1 статьи 282.3 УК РФ. Правозащитники рассматривают дело в контексте преследования сторонников Алексея Навального. При этом обстоятельства уголовного преследования вызывают вопросы даже без обращения к политической истории ФБК: обвинение касалось двух автоматических банковских списаний, произведённых после оформления подписки, а защита настаивала на отсутствии у Розенфельд преступного умысла.
Кто такая Софья Розенфельд
Софья Борисовна Розенфельд родилась 9 августа 1976 года в Москве. Её отец Борис Розенфельд — математик, мать работала инженером-электронщиком. Дед, Иосиф Розенфельд, был известным советским учёным в области химии.
В детстве Софья училась во французской специализированной школе. В конце 1980-х годов её семья эмигрировала в Израиль. Девочка не хотела покидать Москву, где оставались школа, друзья и привычная жизнь. Примерно через полтора года она добилась согласия родителей и вернулась в Россию. Впоследствии жила с бабушкой и тётей.
Эту часть биографии Розенфельд сама подробно описала в интервью изданию «Такие дела», опубликованном в сентябре 2024 года. По её словам, стать зоологом она решила ещё в пятилетнем возрасте.
В 1993 году Розенфельд поступила на биологический факультет МГУ, выбрав кафедру зоологии позвоночных и общей экологии. Во время учёбы участвовала в природоохранной дружине университета, обследовала территории заповедников и ездила в самостоятельные экспедиции.
Одной из первых серьёзных научных поездок стала работа на острове Врангеля. Там она исследовала гнездование белых гусей, учитывала яйца и птенцов, участвовала в кольцевании птиц вместе с зарубежными специалистами. Эти исследования определили её дальнейшую научную специализацию.
В 1998 году Розенфельд окончила университет и поступила в аспирантуру Института проблем экологии и эволюции имени А. Н. Северцова Российской академии наук. В дальнейшем стала старшим научным сотрудником Научно-информационного центра кольцевания птиц.
Её исследования посвящены гусеобразным Северной Палеарктики: численности популяций, миграционным путям, местам гнездования, угрозам для отдельных видов и мерам их сохранения. Это работа, требующая многолетних наблюдений на территориях, куда часто невозможно добраться обычным транспортом.
Учёная, которая летала за птицами
Одна из особенностей исследований Розенфельд — воздушный учёт птиц. Вместе с пилотом Георгием Киртаевым она использовала лёгкую авиацию, а с 2016 года — построенный им гидросамолёт «Стерх-С1».
Самолёт позволял двигаться примерно с той же скоростью, что и стаи птиц, фотографировать их и затем подсчитывать особей по снимкам. Этот метод давал возможность изучать большие пространства Арктики без необходимости отлавливать каждую птицу.
Работы велись на Таймыре, Чукотке, Колыме, Ямале и других северных территориях. Учёная участвовала и в международных исследованиях миграций птиц, включая проекты с коллегами из США, Канады и европейских стран.
Значение такой работы выходит за пределы России. Перелётные птицы могут гнездиться в одной стране, останавливаться во второй и зимовать в третьей. Сохранение популяций требует согласованных мер охраны на всём миграционном пути, а для этого необходимы достоверные сведения о численности животных.
Розенфельд занималась не только сбором научных данных. Она выступала против ослабления защиты редких видов животных и критиковала законодательные изменения, способные расширить возможности их добычи. В интервью она объясняла, что природоохранные решения невозможно принимать без регулярных полевых исследований.
Осенью 2025 года Розенфельд представила докторскую диссертацию «Гусеобразные Северной Палеарктики: структура и численность популяций, миграционные пути, проблемы охраны и неистощительного использования». Официальная страница Института имени Северцова содержит сведения о защите и заключении диссертационного совета от 6 ноября 2025 года.
После приговора некоторые публикации первоначально называли Розенфельд кандидатом биологических наук. Однако позднее «Медиазона» исправила эту информацию и уточнила, что учёная имеет докторскую степень.
К моменту уголовного преследования она работала над несколькими научными проектами, в том числе над атласом гусей России. Коллеги предупреждают, что длительное отсутствие специалиста, руководившего исследованиями арктических птиц, способно нарушить работу научной группы и подготовку новых публикаций.
Как возникло уголовное дело
История уголовного преследования началась задолго до первого обыска.
Фонд борьбы с коррупцией был создан Алексеем Навальным для расследования коррупции, изучения деятельности государственных чиновников и информирования общества о возможных злоупотреблениях. Его работу финансировали в том числе частные пожертвования граждан.
9 июня 2021 года Московский городской суд удовлетворил иск прокуратуры о ликвидации ФБК и Фонда защиты прав граждан и запрете движения «Штабы Навального» как экстремистского. Суд постановил немедленно прекратить деятельность организаций. 4 августа Первый апелляционный суд общей юрисдикции оставил решение в силе.
Софья Розенфельд к тому времени уже оформила регулярные пожертвования фонду. По её объяснению, после начала подписки деньги списывались автоматически.
В августе и сентябре 2021 года с её счёта прошли два платежа по 1 000 рублей. Именно они впоследствии стали основанием обвинения.
По данным защиты, во время запрета ФБК и последующих списаний Розенфельд находилась в научной экспедиции, где практически отсутствовала обычная связь. После возвращения она обратилась с просьбой прекратить пожертвования.
Здесь важно различать два обстоятельства. Банковские переводы действительно относятся к периоду после вступления решения о запрете ФБК в законную силу. Однако защита утверждала, что решение о регулярной поддержке фонда было принято раньше, а в момент спорных списаний нового распоряжения о переводе денег Розенфельд не давала.
Обыск после возвращения из Израиля
По данным расследования T-invariant, об уголовном деле Розенфельд узнала 5 декабря 2025 года.
Незадолго до этого она навещала отца в Израиле. Борис Розенфельд сообщил журналистам, что дочь вернулась в Москву в конце ноября, а вскоре сотрудники правоохранительных органов пришли к ней с обыском.
Во время следственных действий изъяли телефон и два ноутбука. Розенфельд избрали меру пресечения в виде подписки о невыезде. Под стражу на стадии предварительного следствия её не заключали.
Дело развивалось несколько месяцев. По сообщениям друзей учёной, заседания откладывались, в том числе из-за неявки свидетелей. При этом Розенфельд продолжала научную деятельность.
Незадолго до приговора ей разрешили отправиться в очередную экспедицию за Полярный круг. Там она участвовала в работе с овцебыками. Из поездки вернулась 2 октября 2026 года, за пять дней до оглашения приговора.
У неё была возможность уехать из России раньше, однако, по свидетельствам родственников и коллег, она последовательно отказывалась от эмиграции. Значительная часть её исследований непосредственно связана с российской Арктикой, а продолжение этих работ из другой страны было бы крайне затруднено.
Суд: два платежа и пять лет, запрошенных прокуратурой
7 октября 2026 года дело рассматривал Гагаринский районный суд Москвы. Как сообщил корреспондент «Медиазоны» непосредственно из зала заседания, приговор вынес судья Курбанов.
Обвинение исходило из того, что после признания ФБК экстремистским два денежных перевода в его пользу образовали состав финансирования экстремистской деятельности. Прокуратура потребовала назначить учёной пять лет колонии.
Розенфельд подтвердила факт оформления регулярных пожертвований, но не согласилась с выводом о преступном умысле. Она объясняла суду, что её целью была поддержка борьбы с коррупцией, с последствиями которой она сталкивалась и в собственной природоохранной работе.
Защита обращала внимание на обстоятельства экспедиции и невозможность своевременно отменить подписку. К делу было приобщено письмо Розенфельд с просьбой прекратить перечисление денег.
Суд признал её виновной по части 1 статьи 282.3 УК РФ и назначил три года шесть месяцев лишения свободы в колонии общего режима.
Непосредственно после приговора женщину взяли под стражу. До этого она находилась под подпиской о невыезде.
Полный мотивированный текст приговора редакции обнаружить не удалось. Поэтому невозможно утверждать, каким именно образом суд оценил письмо об отмене подписки, подтверждение пребывания в экспедиции и доводы об отсутствии умысла. Публично известно, что эти аргументы были представлены защитой и не изменили итоговое решение.
Что известно о содержании под стражей
После приговора Розенфельд поместили в московский следственный изолятор № 6, известный как «Печатники».
По сообщениям её знакомых, сразу после задержания в суде учёной не позволили забрать сумку с подготовленными личными вещами. Первое время она находилась в изоляторе без принадлежностей, которые намеревалась взять с собой.
Правозащитный проект «Если б не было войны» и «Мемориал» указывают местом её содержания СИЗО-6 УФСИН России по Москве.
Проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» включил Розенфельд в общий список преследуемых и указывает, что после приговора ожидается рассмотрение апелляции. Данных о вступлении приговора в законную силу по состоянию на 13 октября 2026 года нет.
Сведения о предполагаемой дате освобождения, которые публикуют отдельные правозащитные базы, являются расчётными. Они не учитывают возможные изменения приговора, порядок зачёта времени содержания под стражей и другие обстоятельства исполнения наказания.
Израильское гражданство и попытки семьи добиться помощи
Помимо российского, у Софьи Розенфельд имеется израильское гражданство. Её отец живёт в Израиле, куда учёная приезжала перед началом уголовного преследования.
После приговора история получила освещение в израильских СМИ. Борис Розенфельд рассказал журналистам, что семья обращалась к властям Израиля и надеется на консульскую помощь.
Как сообщила The Times of Israel, израильское Министерство иностранных дел подтвердило контакты с родственниками и работу с российскими властями по вопросам консульского обслуживания.
При этом дипломатическая помощь сама по себе не означает возможности отменить решение российского суда. Положение человека с двумя гражданствами дополнительно осложняется тем, что на территории России российские власти рассматривают его прежде всего как российского гражданина.
Сведений о достигнутых дипломатических договорённостях или решении об освобождении Розенфельд нет.
Одно дело в серии приговоров за пожертвования ФБК
Приговор Розенфельд не является единичным случаем применения статьи 282.3 УК РФ к частным пожертвованиям.
В июле 2025 года Тимирязевский районный суд Москвы назначил гражданке Украины Людмиле Гончар три года колонии за пожертвование ФБК в размере 1 000 рублей. В сентябре 2026 года такой же срок получила Елена Албегова, работавшая в торговой сети «Пятёрочка».
8 октября 2026 года Симоновский районный суд Москвы приговорил 60-летнюю сторонницу партии «Яблоко» Елену Перепелицу к четырём годам колонии за семь пожертвований ФБК по 500 рублей. Общая сумма составила 3 500 рублей.
По подсчёту The Insider, основанному на опубликованных судебных решениях и статистике правозащитных организаций, к 8 октября 2026 года по делам о пожертвованиях ФБК были осуждены не менее 219 человек. Это минимальное число известных приговоров, а не полный перечень всех уголовных дел.
Размер пожертвования сам по себе не определяет наказание. Российская статья о финансировании экстремистской деятельности не устанавливает минимального денежного порога. В публично известных делах фигурируют суммы от нескольких сотен до нескольких тысяч рублей.
Практика неоднородна: одни обвиняемые получают штрафы, другие — условные сроки, принудительные работы или реальное лишение свободы. Из доступных данных нельзя вывести простую зависимость между суммой перевода и строгостью приговора.
Дело Розенфельд показывает ещё одну особенность этой практики: уголовная ответственность применяется не только к политическим активистам или сотрудникам оппозиционных структур. Под преследование попадают люди, для которых участие в политической жизни не являлось профессией, а финансовая поддержка антикоррупционной деятельности была одним из частных гражданских решений. FACTUM.PRESS рассказывал также о деле журналистки Антонины Фаворской, осуждённой за предполагаемое участие в структурах ФБК по другой уголовной статье.
Запрет ФБК и приговор Розенфельд
Решение о признании Фонда борьбы с коррупцией экстремистской организацией было принято Московским городским судом 9 июня 2021 года по иску прокуратуры. Власти утверждали, что деятельность структур Алексея Навального направлена на дестабилизацию общественно-политической ситуации. Значительная часть разбирательства проходила в закрытом режиме. Решение вызвало критику международных правозащитных организаций, включая Human Rights Watch и Amnesty International, которые рассматривали запрет как ограничение мирной политической и антикоррупционной деятельности. Такая оценка опирается на гарантии свободы слова и объединений, закреплённые в статьях 29 и 30 Конституции России, а также в статьях 19 и 22 Международного пакта о гражданских и политических правах. Российские власти считают запрет законным и используют его как основание для уголовного преследования жертвователей. С точки зрения редакции FACTUM.PRESS, применение антиэкстремистского законодательства к финансированию мирной антикоррупционной деятельности противоречит смыслу этих конституционных и международных гарантий. В деле Софьи Розенфельд это противоречие особенно заметно: женщина получила три с половиной года лишения свободы за два автоматических перечисления на общую сумму 2 000 рублей, при том что защита утверждала, что подписка была оформлена до запрета организации, а после возвращения из экспедиции учёная потребовала прекратить платежи. Приговор формально основан на действующих российских уголовных нормах, но его обоснованность и соответствие принципам свободы объединений и соразмерности наказания вызывают серьёзные сомнения.