22 октября 2026 года Второй кассационный суд общей юрисдикции оставил без изменения приговоры Антонине Фаворской, Артёму Кригеру, Константину Габову и Сергею Карелину. Каждый из них проведёт в колонии пять лет и шесть месяцев по делу об участии в «экстремистском сообществе», которым российские власти считают Фонд борьбы с коррупцией Алексея Навального. Судебное заседание вновь закрыли от публики и прессы; слушателям разрешили присутствовать лишь при оглашении решения. По сообщению «Настоящего Времени», Фаворская отреагировала на постановление словами: «Ни чести, ни совести у вас нет». За этой общей судебной историей стоят четыре разных журналистских истории, жизненных пути, семьи, работа, которую государство превратило в повод для уголовного наказания.
Четыре профессии внутри одного дела
Антонина Фаворская (Кравцова), работала корреспонденткой SOTAvision. Она делала репортажи от зданий судов, освещала политические процессы, следила за делом Алексея Навального и ездила в колонии, где он содержался. После смерти политика в феврале 2024 года она снимала репортажи о прощании с ним. В её работе было то, без чего невозможно общественное наблюдение за судебной системой: присутствие свидетеля, камера и точная запись происходящего.
Артём Кригер также работал в SOTAvision: вёл прямые эфиры, задавал людям вопросы на улицах, снимал акции, судебные слушания и разговоры с политиками. Он относился к поколению журналистов, чья профессиональная жизнь почти целиком проходила перед экраном смартфона. Его дядя, московский активист Михаил Кригер, сам отбывает срок по политическому делу; таким образом, в одной семье оказались в заключении два человека, публично выступавших против репрессий.
Константин Габов — видеожурналист и продюсер, сотрудничавший с международными агентствами, в том числе Reuters. Сергей Карелин — оператор и внештатный видеограф, работавший, в частности, с Associated Press и Deutsche Welle. Их профессия связана не столько с авторской колонкой, сколько с созданием видеорепортажей, которые другие редакции используют для того, чтобы показать события собственными глазами. Такая работа часто остаётся незаметной зрителям: имя человека, который держит камеру, как правило остается не известным.
Как журналистское задание стало уголовным обвинением
Фаворскую задержали 17 марта 2024 года после посещения могилы Алексея Навального. Сначала ей назначили десять суток административного ареста, а 27 марта задержали уже по уголовному делу. К концу апреля под стражей оказались Габов, задержанный в Москве, и Карелин, задержанный в Мурманской области. Кригера арестовали в июне. Все обвинения в отношении их, объединили в единое производство; 2 октября 2024 года Нагатинский районный суд Москвы начал рассмотрение дело четырёх журналистов.
Следствие утверждало, что репортажи и видеосъёмки, которые они готовили, использовались каналами, связанными с ФБК и проектом «Навальный LIVE», а сами журналисты якобы участвовали в деятельности запрещённого «экстремистского сообщества». Обвинение предъявили по части 2 статьи 282.1 УК РФ. Все четверо отрицали вину. Следствием в материалах дела профессиональная деятельность журналистов была представлена как участие в политической организации. CPJ отмечал, что применительно к Габову и Карелину не удалось установить даже точный перечень материалов, которые следствие считало преступными.
Процесс закрыли для публики. Публикации о деятельности четырёх журналистов и открытая часть судебных заседаний позволяли видеть последствия преследования, но не давали обществу ознакомиться с полным обвинения. 15 апреля 2025 года Нагатинский суд приговорил каждого к пяти с половиной годам колонии общего режима и запретил размещать материалы в интернете ещё три года после освобождения. 4 декабря Московский городской суд оставил приговор без изменения. Решение кассации 22 октября 2026 года подтвердило эти сроки ещё раз.
Фаворская: из суда в штрафной изолятор
В своём письме Фаворская рассказывала, что следствие вменяло ей не только съёмки процессов Навального, но и помощь в организации его похорон. В ФБК заявляли, что она не публиковала материалов для ресурсов фонда.
Летом 2026 года Фаворская уже отбывала наказание в ИК-3 Костромской области. За отказ работать швеёй её многократно помещали в штрафной изолятор. К 11 сентября, по сообщениям защитников и редакций, ее суммарное время пребывания в ШИЗО превысило 82 дня. На заседании 22 октября 2026 года адвокаты сообщали, что Фаворская продолжает сталкиваться с дисциплинарными ограничениями. Подробности её отдельного дела и условий заключения FACTUM уже изложил в материале от 4 октября.
Кригер: этап, семья и планы вернуться в профессию
Артём Кригер оказался в заключении началось, когда ему было 23 года. В апреле 2026 года «Новая газета» опубликовала его письмо из ИК-4 Тверской области после 11-дневного этапирования. Он описывал, как не хотел уезжать из России и был готов отстаивать свои убеждения. В письме он рассказывал о жизни в заелючении: занятиях спортом, попытках поддерживать форму и планах снова вернуться к журналистике после освобождения.
Отец Артёма Павел Кригер участвовал в заседаниях и рассказывал о трудностях пребывания Артема в переполненной камере СИЗО. Его дядя Михаил Кригер отбывает собственный срок. Две истории одной семьи - две истории политического преследования, которые нельзя измерить количеством лет в приговоре: разлука, постоянная помощь заключённым и необходимость сохранять семейные связи, когда близкие находятся в разных колониях.
Габов: операторская работа и борьба за нормальные условия
Габов работал за камерой и над видеопроизводством, выполняя заказы разных редакций. По данным CPJ, следствие связало его операторскую работу с подготовкой видеоматериалов для проекта «Навальный LIVE». Т е следствие прямо отожествило его фрилансерскую работу как независимого оператора с участием в деятельности политической структуры.
В письмах из московских СИЗО Габов описывал переполненные камеры и проблемы с постельными принадлежностями. «Настоящее Время» сообщало о трудностях с получением необходимых лекарств. 22 октября 2026 года в сообщениях со ссылкой на адвокатов появились сведения о его содержании в ШИЗО; причины этого взыскания и его продолжительность не известны.
Карелин: письма, рисунки для дочери и ожидание встречи
Сергей Карелин до ареста работал оператором международных новостных агентств. После задержания в Мурманской области в апреле 2024 года его перевели в Москву. В октябре 2025 года «Новая газета» напечатала его письмо из СИЗО «Матросская тишина»: он рассказывал, как отвечал на корреспонденцию, гулял в тюремном дворике, играл в шахматы и читал.
Важная часть этих писем обращена к его дочери. Карелин писал, что больше не сочиняет для неё новых сказок, но рисует будущие приключения, которые они смогут пережить вместе. Его сестра Ольга рассказывала о поддержке друзей, открытках и математических задачах, приходивших в письмах из разных стран. Родным важно было сохранить для ребёнка образ отца, не сводящийся к словам «заключённый» и «приговор».
Правозащитная оценка
«Поддержка политзаключённых. Мемориал» признаёт политзаключёнными всех четверых. Правозащитники считают их уголовное преследование наказанием за законную журналистскую деятельность и отмечают, что запрет политических организаций не может автоматически превращать съёмку репортажей и распространение информации в непосредственное участие в «экстремистском сообществе». В феврале 2026 года Amnesty International также потребовала немедленно и безусловно освободить журналистов и отменить приговоры, охарактеризовав эти дела как часть продолжающегося давления на окружение Навального и на независимое общественное наблюдение.
Основание - право получать и распространять сведения об общественно значимых событиях и право на справедливый, открытый судебный процесс. Закрытие слушаний лишило общество возможности проверить, каким образом профессиональные съёмки и репортажи журналистов были приравнены к участию в запрещённой организации. Журналисты не обязаны разделять взгляды людей, о которых рассказывают, или политические позиции тех, кто использует результат их работы. Привлечение к уголовной ответственности за обычную журналистскую деятельность создаёт непосредственную угрозу и для других репортёров, особенно работающих на судах и акциях протеста.
Что известно на 22 октября 2026 года
Подтверждено, что все четверо остаются осуждёнными на пять лет и шесть месяцев колонии, а кассационный суд не изменил приговоры. Последнее подтверждённое учреждение Фаворской — ИК-3 Костромской области; в письме Кригера весной 2026 года фигурирует ИК-4 Тверской области. Для Габова и Карелина адреса, приводившиеся в публикациях периода следствия, могут быть устаревшими.
Дело этих четырёх журналистов объединяет не единая редакция и не общность политических взглядов. Их связывают репортажи о людях, которых государство не хотело видеть в новостях. Сегодня каждый из них за эту работу расплачивается годами жизни.